Наука и техника Наука и техника - Внушение и табу
  15.12.2018 г.  
Главная arrow Лингво arrow Слова и вещи arrow Внушение и табу
Главное меню
Главная
Новости
Блог
Ссылки
Контакты
Поиск
Карта сайта
Философия
Сознание
Материализм
Лингво
Эволюция
Кибернетика
Био
Эмоции
Живое
Психика
Внушение и табу
Рейтинг: / 0
ХудшаяЛучшая 
13.11.2010 г.

Есть одно особое и очень эффективное применение философии с помощью frisson. Это очень сильный прием.
Его суть такова: начинать с некоторой философской идеи, например с бихевиоризма, то есть учения о том, что внутренние чувства и мысли сводятся к внешнему поведению или к проявлению чувств. Конечно, явное учение такого рода лингвистической философией объявляется незаконным.

Ни признанный мастер, ни новичок не захотели бы быть уличенными в приверженности к такому общему учению, к такой «заразной», вызывающей судороги понятной доктрине. Это может подорвать любую репутацию и наложить на человека вечное клеймо наивности. Указанное учение объявляется незаконным потому, что оно парадоксально, внушается некоторой простой моделью (а именно что все проявления чувств служат для обозначения внешнего поведения); оно провозглашается, далее, незаконным потому, что является философским и что из него, по-видимому, вытекает ошибочность повседневных убеждений многих людей и т.д., кроме того – и в этом суть данного аргумента, - каждому, находящемуся под влиянием лингвистической философии, быстро и эффективно внушается, что бихевиоризм есть нечто невысказываемое как с технической, так и с социальной точки зрения.
Когда это внушено, то на сцену выступает техника философствования путем бесконечного приведения примеров и многочисленных полутемных или совсем темных, неясных аргументов; все эти примеры и намеки, а также reductiones ad absurdum внушают одну идею, а именно идею бихевиоризма. Они ее внушают, но не высказывают. Конечно, это мощное нагромождение внушений весьма эффективно. Конечно, слушатель или читатель вскоре усваивает тот вывод, который ему внушается, но в то же время он уже знает из предыдущего, что бихевиоризм есть нечто такое, что он не должен высказывать, и что высказывать и придерживаться этого учения открыто значит прослыть в высшей степени наивным. Он усвоит его, скорее, как животное, у которого искусственно вызван невроз, или как человек, влюбляющийся потому, что находится в обществе женщины, которая для него недоступна. Если ученик лингвистической философии послушен - а подавляющее большинство учеников было послушным, - то ему удастся увидеть в своих собственных внутренних затруднениях глубокое проникновение, постижение, невыразимое словами, каковы они и есть в некотором смысле. Требуемое frisson вызвано в ученике, и он с благодарностью видит в нем великое озарение. Что же ему остается делать? Показать, что он настолько невосприимчив, что даже не видит следствий из столь многих примеров? Или показать себя настолько наивным в философии, чтобы примкнуть к какой-нибудь явной доктрине? Ученику остается одно: сделать вид, что его посетило озарение и что «проблема больше не ставит его в тупик», и при этом не иметь никакого учения, в котором выражается его озарение. Вина, которую он не может не чувствовать какой-то частью своего сознания и которая заключается в том, что он участвует в обмане - хотя в этом он не осмеливается признаться даже самому себе, связывает его со своим учителем. Возможно, он думает, что учитель на самом деле видит свет и притом таким сомнительным способом, каким он сам наполовину видит его, но оборотной стороной этой надежды является страх, ибо если это так, то учитель может однажды догадаться, что его ученик в конце концов не получил полного озарения. Этот ученик испытал только некоторое внутреннее смятение и трепет, которые он в свои оптимистические моменты осмеливается считать действительным озарением. Учитель может все. Он претендует на решение проблемы, не запятнав себя никакими утверждениями. Он только приводил примеры и делал предположения, так что если в один прекрасный день какой-либо храбрый мальчуган осмелится крикнуть, что король-то голый, не будет никакого доказательства, что учитель когда-либо заявлял, что король одет. Это также одна из существенных черт лингвистической философии.

 
« Пред.   След. »
Техника
Техтворчество
Машины
Курьезы
История техники
Непознанное
НЛО
   
designed by sportmam