Наука и техника Наука и техника - Соперничающие стили
  23.10.2018 г.  
Главная arrow Лингво arrow Слова и вещи arrow Соперничающие стили
Главное меню
Главная
Новости
Блог
Ссылки
Контакты
Поиск
Карта сайта
Философия
Сознание
Материализм
Лингво
Эволюция
Кибернетика
Био
Эмоции
Живое
Психика
Соперничающие стили
Рейтинг: / 0
ХудшаяЛучшая 
25.02.2011 г.

В настоящее время мало что можно точно сказать о внутреннем разделении этой обмирщенной официальной религии: частично потому, что ситуация еще не выкристаллизовалась в достаточной степени, а частично из-за отсутствия документальных свидетельств. Потребовались десятилетия, чтобы, например, установить, исходя из печатных источников, самые очевидные факты о Витгенштейне, его деятельности и окружении; ведь до 1953 года любое толкование его идей оспаривалось как неосновательное. И хотя это делается и по сей день, опубликование его рукописей и документальные свидетельства его последователей позволяют исследователю Витгенштейна обосновывать свои взгляды; кроме того, витгенштспиовский ореол непогрешимости и святости начал блекнуть. Но документальные свидетельства, относящиеся к современному состоянию лингвистической философии, все еще редки.

Тем не менее можно различить определенные направления и противоположности. Самое важное из них - разделение между тем, что я хочу назвать «низкой» церковыо, и тем, что я буду называть «высокой» церковью. Первая чтит идеи и не верит в ритуал, вторая чтит ритуал и не верит в идеи.
«Низкая» церковь чтит прежде всего учения Витгенштейна (обычно называемые «постижениями» в силу их неопределенности), а ритуалы, введенные им (изучение обыденного словоупотребления и т.д.), рассматривает как вторичное и не считает, что ими следует заниматься ради них самих.
«Высокая» церковь, с одной стороны, предана ритуалу, преклонению перед обыденным словоупотреблением и фактически требует еще большего углубления в детали, чем это было у самого Витгенштейна. С другой стороны, она с сомнением и недоверием рассматривает идеи последнего, особенно его эсхатологические обещания исцеления. Хотя при случае она и опирается на эти доктрины, но в целом рассматривает их как обузу - они слишком зависят от случайностей, могут быть внутренне радикальными и т.д. Представители «высокой» церкви явно предпочитают рассматривать ритуал как 1art pour 1art и иногда открыто в этом признаются. («Чистое исследование» - это и есть та самая бесполезная деятельность по очевидным вебленовским основаниям.)
Представители «низкой» церкви более серьезны и более преданы своим идеям, и хотя одного или двух из них можно найти и в Оксфорде, однако большинство преподает в провинциальных университетах.
Представители «высокой» церкви в основном сосредоточены в Оксфорде. Некоторые из них проявляют известную степень мягкости, воспитанности и спокойствия, которая сделала бы честь терапевтической силе витгенштейнианских приемов, если бы не чувствовалось слишком явно, что «излечение» представителей «высокой» церкви от интеллектуальных судорог излишне трудно.
Некоторые факты свидетельствуют о враждебности между этими двумя лагерями. Так, например, г-н Р. Ф. Холлэнд с презрением пишет о школе «чистого» исследования, характеризуя ее как «...лексикографическое прилежание, коллекционерский интерес (методический или нет) к словам, поиски изящнейших оттенков обыденного словоупотребления». Представители «низкой» церкви склонны рассматривать представителей «высокой» церкви как людей, опошляющих и разлагающих их учения.
В свою очередь представители «высокой» церкви склонны рассматривать представителей «низкой» церкви, как бы ни были уклончивы доктрины Витгенштейна, как людей, чрезмерно и крайне рискованно приверженных к общим идеям. Себя же они рассматривают как людей, идущих в своей осторожности дальше самого Витгенштейна.
Этот их прогресс по сравнению с Витгенштейном состоит в следующем: подчеркивание ритуала за счет идеи; отказ от идей настолько, насколько это возможно, особенно от тех, которые можно проверить, как, например, обещание излечения; систематическое использование приема, названного мной полным кругом, и, наконец, общее смягчение, сводящее до минимума область, открытую для критики. Многие парадоксальные отрицания лингвистической философией точек зрения, в которых до ее возникновения никто не сомневался, в свою очередь отрицаются, причем все это преподносится как некое открытие.
Этот стиль стремится избежать некоторых опрометчивых лозунгов лингвистической философии, таких, как отрицание усовершенствования обычного языка, но он молчаливо предполагает, что обсуждение будет продолжаться на основе допущения обычного мира как данного. Этот стиль паразитирует на более откровенной лингвистической философии аналогично тому, как последняя паразитирует на логическом позитивизме: он одновременно и отрицает ее, и предполагает ее результаты. Он выдает обещанное (исцеление от искушения принять необычную точку зрения) за действительное, но не признает ни аргументов, на которых основано это обещание, ни самого обещания.
Сверх и помимо этих общих стилистических направлений, достойны внимания некоторые частные стили. Это лингвистическое гегельянство и панрелятивизм профессора Джона Уисдома, готового признать, что все на свете может играть какую-то роль и проливать какой-то свет, и готового играть свою игру на любом уровне абстракции, сколько бы раз она ни повторялась. Это замечательные образцы демонстрируемого Дж. Райлом стиля, который можно назвать стилем афористической внезапности пли стилем О. Генри в философии: вначале искусно вызывается замешательство, затем оно преодолевается с помощью внезапного поворота на 180 градусов, осуществляемого посредством скромной фразы, показывающей, что в конце концов правилен обыденный взгляд на вещи. Есть, наконец, традиция вдохновенного педантизма, коллекционирования обыденного словоупотребления, настолько осторожная, сопротивляющаяся общим идеям (и постольку не лишенная некоторого остроумия), последовательно придерживающаяся здравого смысла, что это граничит с какой-то особого рода извращенной поэзией, о которой можно сказать, что она, как и логика, никогда не ошибается, потому что ничего не говорит. Идея, согласно которой не существует никаких идей, сама по себе мало интересна.

 
« Пред.   След. »
Техника
Техтворчество
Машины
Курьезы
История техники
Непознанное
НЛО
   
designed by sportmam